Кредиторы обычно подозревают "самое страшное", что банкротство их должника было заранее спланировано. Банкрот говорит: "Да ради Бога, забирайте мою офисную мебель, как раз выйдет по 100 рублей на брата". В этом случае на помощь кредитору приходит ст. 196, подробно описывающая признаки преднамеренного банкротства. И ст. 201, по которой можно призвать к ответу конкурсного управляющего. Консультирует профессор Института повышения квалификации руководящих кадров Генеральной прокуратуры РФ, доктор юридических наук Павел Яни.

Перечень преступлений, связанных с банкротством, не ограничивается такими вредоносными деяниями, как сокрытие имущества при банкротстве или в его предвидении, неправомерное удовлетворение требований кредиторов и т.д. (ст. 195 УК). Еще одним уголовно-наказуемым нарушением законодательства о несостоятельности является преднамеренное банкротство, признаки которого описаны в ст. 196 УК.

Категорией "преднамеренного банкротства" оперирует и Федеральный Закон 1998г. "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон 1998г.). Причем содержание данного термина он не раскрывает, давая тем не менее прокурору право обратиться при обнаружении признаков преднамеренного банкротства в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (ст. 40 Закона 1998г.).

Устанавливая в уголовном законе строгое наказание за данное преступление: вплоть до шести месяцев лишения свободы, не говоря о санкциях в виде штрафа в размере от пятисот до восьмисот МРОТ и др. - законодатель указал, в чем состоит собственно преступное действие, какие последствия оно должно влечь, кем это действие может быть в принципе совершено и каково должно быть отношение лица к совершаемому им нарушению для того, что суд признал деяние преступлением.

Действия, в которых заключается преднамеренное банкротство, определены в Уголовном кодексе как создание или увеличение неплатежеспособности коммерческой организации или индивидуального предпринимателя. Таким образом, ключевым здесь является категория неплатежеспособности, которую Закон 1998г., к сожалению, вообще не использует. Однако анализ законодательства и судебной практики позволяет утверждать, что под неплатежеспособностью понимается невозможность лица рассчитаться по своим денежным обязательствам при том, однако, что стоимость имеющегося у него имущество, может, тем не менее, превышать сумму его долгов.

Неплатежеспособность является признаком банкротства, но ее наступление, в то же время, еще не означает, что лицо признано (объявило себя) банкротом. Неплатежеспособность возникает, как следует из смысла ст. 3 Федерального закона 1998г., по истечении трех месяцев с момента наступления даты исполнения денежных обязательств. Получается, что создавать неплатежеспособность можно до этого срока, а увеличивать - после.

При расследовании уголовных дел возникает вопрос, можно ли назвать неплатежеспособностью такое состояние должника, когда он не платит более трех месяцев по долгам, однако средства у него все же имеются. Ответ заключается в том, что, как пишет Зампредседателя ВАС В. Витрянский (См. его: "Новое законодательство о несостоятельности (банкротстве)", "Хозяйство и право", 1998. ? 3), согласно смыслу положений законодательства о банкротстве неспособность юридического лица погасить свои обязательства перед кредиторами презюмируется самим фактом неисполнения финансовых обязательств перед контрагентами, бюджетом и т.д. Следовательно: раз не платишь, значит - неплатежеспособен, пусть даже деньги у тебя есть.

Для признания указанных действий преступными необходимо, чтобы они повлекли, как установлено в ст. 196 УК, крупный ущерб либо иные тяжкие последствия. Определение "крупности" ущерба законодатель не дал, и потому правоприменитель в известном смысле свободен в трактовке этого термина. Отделение же иных последствий от ущерба позволяет заключить, что последствия эти носят нематериальный характер.

К перечню тяжких последствий материального и иного характера как признаков преднамеренного банкротства авторитетные комментаторы норм об экономических преступлениях относят значительные убытки либо крах организаций-кредиторов умышленно обанкротившегося лица, неуплату налогов, нарушение трудовых прав работников обанкротившейся фирмы (потеря ими работы, невыплата зарплаты и т.п.), прекращение выпуска необходимой для региона продукции и др.

В ст. 196 УК указывается на специального субъекта преступления. Этим субъектом является руководитель, собственник коммерческой организации либо индивидуальный предприниматель. Другими словами, обычный гражданин, которого соответствующим образом охарактеризовать нельзя, в принципе не может совершить преднамеренное банкротство. И это - несмотря на то, что банкротству могут быть подвергнуты в соответствии с законодательством о несостоятельности также и гражданин, не являющийся индивидуальным предпринимателем, и некоммерческие организации, включая благотворительные фонды (ст.ст. 1, 2 и др. Закона 1998г.).

Подчеркну, однако, что преднамеренное банкротство, осуществленное, скажем, руководителем потребительского кооператива, который в соответствии со ст. 50 ГК не относится к коммерческим организациям, также не останется безнаказанным. Ответственность за такое деяние при определенных условиях наступит не по ст. 196 УК, а по ст. 201 УК "Злоупотребление полномочиями " (наказание по этой статье - вплоть до пяти лет лишения свободы).

Согласно ст. 69 Закона 1998г. в ходе такой связанной с неплатежеспособностью организации процедуры банкротства, как внешнее управление, руководитель должника отстраняется от должности, а управление делами должника возлагается на внешнего управляющего, прекращаются полномочия органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия. Таким образом, эти, прямо названные в уголовном законе, специальные субъекты в принципе не смогут "выполнить состав" преступления, предусмотренного ст. 196 УК. Однако следует помнить, что для внешнего управляющего, умышленно увеличивающего неплатежеспособность организации, "открыта" все та же ст. 201 УК.

Особую роль в признании содеянного преступлением уголовный закон отводит элементам субъективной стороны преступления, то есть, говоря предельно упрощенно, психическому отношению лица к совершаемому им правонарушению. Банкротство расценивается как преднамеренное в случае, если создание или увеличение неплатежеспособности, повлекшее тяжкие последствия, происходит умышленно и, кроме того, делается это в личных интересах нарушителя или интересах иных лиц. Данное установление вполне обоснованно, если иметь в виду, что тот же руководитель может привести возглавляемую им организацию к состоянию неплатежеспособности и неумышленно, ошибочно - пусть даже в результате грубых упущений, очевидной экономической безграмотности - посчитав проводимые им финансовые или торговые операции прибыльными. В последнем случае закон привлекать лицо к уголовной ответственности не разрешает.

Некоторые следователи ошибочно считают, что использование в тексте ст. 196 УК слова "преднамеренное" требует для привлечения к ответственности доказывания только прямого умысла, то есть именно желания, скажем, руководителя сделать невозможным для своей организации расчета по денежным обязательствам. При подобной трактовке версия нарушителя о том, что причинение в результате банкротства его организации ущерба кредиторам и лишение сотрудников работы было лишь допускаемым, а не желаемым следствием его действий (косвенный умысел), приводит к необоснованному отказу в уголовном преследовании.

На самом же деле никаких ограничений относительно форм умысла уголовный закон не содержит. Поэтому к любым последствиям своих незаконных действий упомянутое в ст. 196 УК лицо может относиться как с желанием, так и с допущением их наступления, даже с безразличием, преследуя, как это чаще всего бывает, главную цель: уклониться от исполнения обязательств. Однако и в том, и в другом случае это лицо понесет уголовную ответственность.

Понятие личного интереса довольно неопределенно. Ясно, конечно, что речь идет, прежде всего, о стремлении незаконно обогатиться. Однако если бы законодатель имел в виду только это, он ограничился бы формулировкой "из корыстной заинтересованности". Так что же кроме корысти?

Личный интерес в судебной практике трактуется узко, то есть как побуждение низменное. Пленум Верховного Суда, разъясняя в постановлении от 30.03.90 ? 4 понятие отличной от корыстной иной личной заинтересованности, указал, что подобная заинтересованность как мотив преступления может "выражаться в стремлении извлечь выгоду неимущественного характера, обусловленном такими побуждениями, как карьеризм, протекционизм, семейственность, желание приукрасить действительное положение, получить взаимную услугу, заручиться поддержкой в решении какого-либо вопроса, скрыть свою некомпетентность и т.п.". С учетом особенностей обсуждаемого преступления данное разъяснение можно использовать и при привлечении к уголовной ответственности за преднамеренное банкротство.